Главная » Металика » История трэша. Распространение болезни

История трэша. Распространение болезни

[Материал из журнала «Metal Hammer» за июль 2018 года *]

ЧАСТЬ 2

Благодаря альбому ‘Master Of Puppets’ трэш ворвался в мир мейнстрима. Вдруг металл оказался на передовой, и эта музыкальная сцена изменилась раз и навсегда.

Настоящий прорыв произошёл в 1986 году, сразив наповал всё вокруг. Альбом Metallica ‘Master Of Puppets’ установил новые стандарты, которые находят отклик даже сегодня. Квартет прыщавых подростков, играющих музыку под сильным влиянием НВБХМ, превратился в эпохальных гигантов, нарезающих новейший вид металла.

«Мы сделали настоящее заявление, – говорил Кирк Хэмметт в интервью журналу “Metal Hammer” в 2011, – каждая песня была истинной жемчужиной».

Датский продюсер альбома, Флемминг Расмуссен, подтверждает, насколько особенной эта пластинка была с самого начала. «Мы действительно пытались всё сделать лучше, чем могли. Мы знали, что у нас было несколько действительно классных песен, поэтому задрали планку очень высоко, – утверждает он, – в музыкальном плане они стали в миллион раз лучше, потому что полтора года беспрерывно гастролировали».

В этот переломный год трэш радовал нас все 12 месяцев. Вслед за Metallica Kreator выпустили свой смертоносный ‘Pleasure To Kill’, Voivod продолжили чудить на пластинке ‘Rrroooaaaarr’, а Flotsam & Jetsam выдали молниеносный дебют ‘Doomsday For The Deceiver’ (с мощным басом талантливого новичка Джейсона Ньюстеда). Яростные и неистовые дебютные пластинки появились и у лидеров кроссовер-сцены – Cryptic Slaughter и Cro-Mags, а немцы не отставали от своих заокеанских коллег, явив миру новые альбомы Sodom, Destruction, Holy Moses, Iron Angel и Tankard.

Тем временем в Районе Залива Сан-Франциско – главной мастерской трэша – продолжали появляться интересные демо-записи, среди которых были и будущие перспективные «сливки металла». Первая команда Робба Флинна Forbidden Evil, позже сменившая название на Forbidden, стала коллективом, где своё трэшевое мастерство оттачивал будущий барабанщик Slayer/Testament/Exodus Пол Бостаф. Робб к тому моменту уже перебрался в Vio-Lence, ещё одну трэш-формацию из Района Залива, выпустившую летом ’86 демку с будущей классикой жанра.

Осенью увидел свет альбом Megadeth ‘Peace Sells… But Who’s Buying?’ – непокорный гений Дэйв Мастейн показал, на что он способен. В преддверии Хэллоуина Slayer выпустили острый как бритва шедевр ‘Reign In Blood’, вновь задрав планку до небес. И если у хэдбенгеров все ещё двигалась шея, к Рождеству ’86 им пришлось выдержать трэшевый натиск Dark Angel ‘Darkness Descends’, Nuclear Assault ‘Game Over’ и Sepultura ‘Morbid Visions’. Год завершился множеством достойных релизов, преследующих единую цель.

После столь мощного взрыва, всё внимание переключилось на трэш. Slayer достигли вершины и наряду с экстремальными Celtic Frost, Kreator, Sodom и Possessed вдохновили зарождающуюся дэтовую сцену во Флориде, представители которой вывели агрессию, грубость и неистовость на новый уровень. Трэш постепенно сбрасывал статус неудачника, превращаясь в серьёзную коммерческую машину, и когда Metallica, Megadeth, Slayer и Anthrax пробились в мир мейнстрима, появилась «Большая Четвёрка» лидеров сцены. Идейный вдохновитель Anthrax Скотт Ян не сомневается, кого за это нужно благодарить.

«Широкая аудитория приняла новое звучание, когда Metallica отправилась в совместное турне с Оззи, выступая на битком забитых аренах, – утверждает он, – каждый вечер 10 000 человек, никогда не слышавших Metallica, наблюдали их на разогреве у Оззи, а потом бежали за пластинками. И оглянувшись по сторонам, они поняли, что ничего подобного нет. Затем всё это просочилось в массы, наступил ’87 год, и у нас вышел ‘Among The Living’: нужный альбом в нужное время!».

Альбом ‘Among The Living’, вышедший в марте, показал что трэш – самостоятельная музыкальная форма, но успех тура в поддержку пластинки застигнул ребят из Anthrax врасплох. Скотт с восторгом говорит о цифрах.

«Мы начали тур в мае ’87, выступали по клубам на 500-1000 человек, а уже в декабре выступали сольно перед публикой в 7 000 рыл и думали: «Твою же мать! Откуда взялись все эти люди?». Это называется, «поймать волну»!».

Ещё одной трудолюбивой командой, «поймавшей волну» в ’87, были Testament. После борьбы лейблов за право выпустить первый альбом этого коллектива и устрашающей концертной репутации Testament благодаря сарафанному радио от квинтета из Района Залива ждали очень много. Их дебютная работа, ‘The Legacy’, была очередным ключевым альбомом в развитии трэша, показавшая более искусные, техничные и мелодичные идеи. Это был их первый из пяти альбомов за пять лет, записанных в перерывах между гастролями на разогреве у Megadeth, Anthrax, Judas Priest и Black Sabbath, а крупный лейбл Atlantic Records постоянно требовал от ребят нового материала.

В 1988 году “Metal Hammer” завалил Testament вопросами о том, как они справились с давлением во время работы над вторым альбомом. «Мы знали, насколько были высоки ожидания после ‘The Legacy’, и поначалу нервишки пошаливали, – признавался 26-летний вокалист Чак Билли, – но знали, что не можем потерять рассудок и равновесие».

55-летний Чак помнит, что вскоре лейбл начал лезть и в творческий процесс. «От нас постоянно требовали новую песню радио-формата или мощную балладу, – ворчит Чак, – не знаю, помогло это нашей карьере или навредило ей, но можно подумать, что кроме баллад у Testament ничего не было, потому так нас позиционировали “Atlantic Records” – более коммерческие, «вылизанные» песни. Хоть бы раз клип на трэшевую песню сняли!».

Однако лучше быть в нелёгком положении Testament, чем бедными старичками Exodus. После дрязг с лейблом, отсрочек выхода альбома и ухода из коллектива столь любимого публикой фронтмена Пола Бэлоффа, истинные «бэй-эриевские» трэшеры с трудом успевали за своими коллегами. Выпуск журнала “Metal Hammer” за ноябрь ’87 года начинался с жёсткого вступления: «Если и существует группа, перед чьим носом ушёл последний поезд, так это парни из Exodus». К концу 80-х Exodus наряду с другими командами подписали контракт с лейблом Capitol Records, но это было большой ошибкой (подробнее об этом в следующей части).

В ожесточённом соперничестве конца 80-х, когда из ниоткуда стали появляться второсортные неопытные гаражные команды и тщетно пытались стать новыми звёздами, каждая звукозаписывающая компания хотела видеть новую Metallica. Жанр, основанный на бескомпромиссных подпольных принципах, плохо воспринимал вмешательство со стороны, и многие трэшеры в ’88 осмелились выразить опасение, что Metallica, Slayer, Anthrax и Megadeth не оправдали ожиданий своими альбомами, вышедшими в 1988 на крупном лейбле, а ненасытные перспективные коллективы вроде Death Angel, Forbidden, Vio-Lence, Heathen, Sacred Reich, Holy Terror, Xentrix и Annihilator наступали им на пятки. Однако ветеран трэшевой сцены Нью-Джерси, группа Overkill, продолжала процветать. Фронтмен Бобби «Блитц» Эллсуорт» вспоминает бурный дух конкуренции между восходящими командами.

«Был дух товарищества, потому что все мы были сделаны из одного теста, но это всё равно, что жить в одной комнате с братьями; ты по-прежнему конкурируешь и соперничаешь, – хихикает он, – никто не хотел проигрывать, все хотели побеждать. Поэтому это была очень здоровая конкуренция; я думаю, она была на руку всем командам, потому что благодаря этому они стали только лучше».

Том Энджелриппер из Sodom соглашается. «Да, среди команд было соперничество, но никакого злорадства и конфликтов не было, – вспоминает он, – все мы были хорошими друзьями и постоянно тусовались, устраивали пьянки, вечеринки и наслаждались этой музыкой».

А немцам было чем наслаждаться. Если «Большая Четвёрка» сбавляла обороты, то блестящие тевтонские залпы вроде Sodom ‘Persecution Mania’ и ‘Agent Orange’, Kreator ‘Terrible Certainty’ и ‘Extreme Aggression’, Holy Moses ‘Finished With The Dogs’ и Destruction ‘Release From Agony’ демонстрировали всё большую уверенность и превосходное владение музыкальными инструментами.

«Мы охренели от возможностей на гастролях – было дико увлекательно и весело, – с энтузиазмом рассказывает фронтмен Kreator Милле Петроцца о золотых трэшвых деньках конца 80-х, – мы привнесли этот азарт и страсть в студию, и это слышно на наших пластинках. Мы сочиняли неистовый агрессивный «кричащий» металл, но играли слаженнее и мощнее, чем прежде, поэтому шли верным путём».

Kreator были не одни. Трэш предоставлял разнообразие; чудаки из Ноттингема, группа Sabbath, добавили в музыку языческо-фольклорного мистицизма, а многонациональные уроженцы Сан-Франциско, группа Mordred, смешали трэш с фанком. Однако наиболее привлекательными и интересными новаторами сцены были весьма недооценённые канадские «художники» Voivod. Многие пионеры трэша считают, что именно этот коллектив должен был снискать лавры.

«Я думал, они реально схватят это золотое кольцо» – размышляет Бобби «Блитц» Эллсуорт, а Милле добавляет: «На мой взгляд, они были круче всех нас».

Вслед за Voivod появилось множество техничных прогрессивных вольнодумцев – Blind Illusion, Coroner, Watchtower, Anacrusis, Sadus, Realm, Toxik, Sieges Even, Mekong Delta – и каждый разрушал границы эксцентричной креативности с виртуозным трэшевым куражом. «Я заметил, что несколько команд стали играть более прогрессивную музыку и, на мой взгляд, на них повлияли Voivod, – комментировал барабанщик Voivod Мишель Ланжевен, – но мне кажется, мы всё равно в этом плане сами по себе».

Ребята исполняли потрясающую музыку, но она так и осталась многими непонятой, тогда как один весьма перспективный альбом в 1989 году неожиданно продемонстрировал мощный критический и коммерческий удар. Вдоволь наигравшись в детство, бразильские подростки из Sepultura привели, наконец, мысли в порядок и выдали сумасшедший шедевр, который от них ждал новый лейбл Roadrunner Records: альбом ‘Beneath The Remains’. В рецензии за ноябрь ’89 “Metal Hammer” восторгался: «Парни не только невероятно выросли как музыканты, но и являются одним из лучших концертных коллективов на всей трэшевой сцене и без проблем смогут выдержать конкуренцию с Metallica, Exodus или даже Slayer».

Казалось, альбом ‘Beneath The Remains’ стал кульминацией трэша 80-х, открыв путь к более мощным глубинам следующего десятилетия. Однако на фоне Sepultura вся трэшевая сцена и мейнстрим стали выглядеть скучными и однообразными и возник вопрос, какое будущее ждало жанр в 90-х?

Узнаем в третьей части истории
Продолжение следует…

Материал и перевод: Станислав “ThRaSheR” Ткачук

* — Иностранная пресса печатается на месяц вперёд

>> Первая часть статьи из июньского журнала “Metal Hammer” <<


Dimon