Главная » Металика » Nuclear Assault. Правосудие на колёсах

Nuclear Assault. Правосудие на колёсах

[Статья из журнала «Metal Forces» за 1987 год]

Майк Эксли встретился с Дэнни Лилкером и Гленном Эвансом из Nuclear Assault во время гастролей нью-йоркских трэшеров по Великобритании.

Не верьте политикам – Рейган и Компания говорят о том, что спасут мир от угрозы ядерного взрыва – слишком поздно, старина Ронни. В мире металла уже ощущаются результаты, и раз уж Nuclear Assault впервые едут с гастролями в Европу и Великобританию, настала наша очередь почувствовать этот жар; тем более, местные английские трэшеры сами того страстно желают.

Имя Nuclear Assault стало уже синонимом роста популярности кроссовер-трэша, и успех группы вывел её на передовую хардкоровой металлической сцены, скромно объясняет барабанщик Гленн Эванс.

«Не знаю, что ты имеешь в виду под успехом, потому что приходится прилично пахать и следить за деловой стороной вопроса. Мы немало работали, чтобы продвинуть свои пластинки, организовать тур и всё такое, и если ты называешь это «успехом» – здорово, потому что для нас это всего лишь результат упорных трудов. Я в группе занимаюсь деловой стороной вопроса и прочитал кучу книг о том, как вести бизнес – этот коллектив является корпорацией. Сначала мы были очень напуганы, но поступали, как считали нужным и наш приезд сюда в Англию показывает, что все наши старания не напрасны. Мы решили сделать всё по-своему, гастролировать на собственном автобусе и самостоятельно собирались в дорогу. Менеджера мы никогда не брали, потому что они дают тебе 20-страничный контракт и хотят всё сразу, а это просто возмутительно. Как бы там ни было, мне больше по кайфу, что мы ни у кого помощи не просили – взяли, да сделали и видим, что не напрасно».

Nuclear Assault уже давненько выпускают альбомы – сейчас у них вышли ‘Brain Death’ и ‘Game Over’, которые привлекли к себе хороший рынок. Насколько был важен первый концерт вдали от родины? Отвечает басист Дэн Лилкер:

«О, очень важен, ведь мы всегда знали, что однажды приедем сюда, здесь большой рынок. Несмотря на то, что больше пластинок мы продаём в Штатах, мы знали, что нужно приехать сюда и продвинуть нашу музыку благодаря концертам».

А как реагирует пресса в том плане, что в этом туре больше металла, нежели трэша или хардкора?

Дэн: «Я знаю, что ребята из Agent Steel играют металл, но я бы не стал вешать на нас ярлыки, потому что мы так же близки к кроссоверу, как и к любому другому жанру – у нас полно разных идей и музыкальных влияний. Если разобрать по кусочкам, то хардкор проявляется скорее в наших текстах, но музыка-то у нас чисто трэшевая – взять, к примеру, на альбоме ‘Game Over’ песню ‘LSD’ – это трэш, но в ‘The Plague’ , ‘Game Over’ больше металла».

Гленн: «Музыка у нас мощная и понятная, прекрасное сочетание стилей. Джон (Коннелли – вокал/гитара) с Дэном любили хардкор и до сих пор любят, а мы с Энтони (Браманте – гитара) больше по металлу, и я думаю, нам легче ладить с прессой. Мне кажется, некоторые британские статьи получаются лучше, чем дома, потому что здесь больше компромиссных профессиональных журналов, которым действительно интересна подпольная сцена, и они пытаются её продвигать. Видишь ли, в США журнала Metal Forces нет – там либо подпольные фанзины, либо Hit Parader, который тоже ни о чём, потому что они хотят собрать миллионы читателей и пишут обо всём подряд».

Дэн: «Здесь сцена кроссовера начинает разрастаться, если сравнивать с тем, что происходит дома, где пресса в большинстве своём не очень поддерживает эту музыку. Я имею в виду, многое из того, что мы получили от лейбла, написано либо на немецком, либо на голландском, но похоже, людям реально нравится наша команда».

Хотели бы вы задать тон или быть примером для европейской металлической сцены?

Дэн: «Честно говоря, не знаю, как нам это сделать, но было бы здорово просто показать, насколько большая сцена кроссовера и можно добиться успеха, если вкалывать и ни у кого не идти на поводу. Было бы круто, если бы больше народу это поняли, усердно трудясь и пытаясь достигнуть поставленных целей, не сворачивая при этом с выбранного курса».

Чувствуете ли вы себя пионерами?

Гленн: «Отчасти, да, потому что мы были одной из первых команд в этом жанре, доехавших до Европы из США. Да, были здесь и Anthrax, и Overkill и всё такое, но мне кажется, мы немного больше в андеграунде, чем они. Однако нам оказали прекрасную поддержку, никто бы не поверил. Мы не знали, чего ожидать, но лейбл (Under One Flag) был к нам очень добр, и нас всё устраивает».

Как [лейбл] Combat относится к вам в Штатах?

Дэн: «Не очень хочется говорить об этом в интервью. Не хочу никого поносить».

Гленн: «Сначала было тяжело, потому что приходилось рвать жопу, чтобы добиться мощной поддержки. Было время, когда мы стояли на проходе в магазинах без копейки денег в кармане и на некоторых встречах с лейблом я не стеснялся в выражениях, но как только все объяснения были предоставлены в письменной форме, они поддержали нас. Сейчас не так всё плохо, потому что лейбл погасил все наши долги, чтобы мы могли распоряжаться собственным материалом. По приезду домой осталось кое-какие мелочи уладить».

Чем, на ваш взгляд, вызвано это напряжение?

Гленн: «А я уже сказал. У Combat слишком много команд и приходится доказывать, что ты стоишь своего места. Во многом это напоминает отношение группы с фэнами – не важно, насколько ты успешен и крут. Если ты не готов пахать – тебе придётся несладко».

У вас контракт уже долгое время, но чтобы вы сказали тем, кто обвинил бы вас в «продажности»? К примеру, вы пошли на поводу у других и сменили направление.

Гленн: «Продажность» – громкое слово. Перейти на крупный лейбл – не означает продаться. Это всего лишь тупое панковское заявление. Если включить мозги, то это круто. Таким образом можно выпустить более качественный альбом, поехать в крутое турне и порадовать своих фэнов. Посмотри на Megadeth или Anthrax, и всё это благодаря крупному лейблу!»

Дэн: «Никто не продаётся, если придерживается своих принципов и убеждений. Окей, если понизить строй гитары или позволить лейблу решать за тебя, в каком направлении двигаться – это значит, продаться. Но ты переходишь на крупный лейбл, чтобы добиться успеха, но при этом не собираешься плясать под чужую дудку и всё равно делаешь, как ТЫ считаешь нужным. Если люди считают, что прогрессировать и развиваться, стремиться к чему-то лучшему, перейдя на крупный лейбл, означает «продаться», тогда мы продадимся – пох*й. Я уверен, многие команды не отказались бы перейти на крупный лейбл, когда перед рожей бабками размахивают».

Как ваши друзья и близкие отреагировали на успех?

Дэн: «О, мы реально угораем по этой теме. Те, кто в школе харкал в меня, теперь спрашивают, как продаются наши альбомы. Не хочу сказать, что они лижут жопу, но это, безусловно, странно, потому что они, я полагаю, смотрят на меня иначе. Я в отличие от них на бензоколонке не работаю».

Гленн: «Иногда реально угораю, потому что живу в настоящем Мухосранске, и мне приходят письма от местных детишек, живущих в конце улицы – в моём городке быть популярным музыкантом очень странно. Подростки приходят ко мне домой за мерчем и отчасти потому что, мне кажется, хотят увидеть, что я – живой человек. Забавно это иногда, конечно».

Джон и Энтони были новичками в плане работы в студии и лейблов. Чему вы и они с тех пор научились?

Дэн: «Сложно за них говорить, но мне кажется, все мы многое друг про друга узнали, особенно это касается личностей и музыкальных стилей. Мы научились жить и работать вместе. Причем очень хорошо. Запись – это довольно странный бизнес, и бывает нелегко, но у нас свой фирменный стиль и мы поняли, что команда работает взаимно – Джон с Энтони очень быстро учатся и набираются опыта».

Гленн: «Каждый из нас любит свою музыку, но мы работаем на взаимной основе, и это круто. Мне нравятся свои темы – к примеру, середина песни ‘Sin’ – знаешь, очень тяжёлая часть, и тут чувствуется моя мощь. У меня от неё мурашки, но в группе царит полное взаимопонимание, а это здорово».

Вас по-прежнему стимулирует музыка, которая вдохновляла в начале пути?

Дэн: «Полагаю, что да, но теперь всё немного иначе, потому что мы играем с множеством команд, которые нам раньше нравились, и многие из них прогрессировали – недавно играли с парнями из DRI и мне нравится их новый материал, хотя я согласен, что первый альбом, наверное, был их лучшей работой. Не хочу никого обсирать, потому что каждый волен поступать, как считает нужным, но группа вроде старого Discharge по-прежнему одна из моих любимых наряду с 7 Seconds и Inferno».

Гленн: «У меня вкус стал более разнообразным – в команде TT Quick мне реально нравился металл, но сейчас я слушаю всё подряд, могу и Beatles послушать, а особенно Моцарта. Посмотрел фильм «Амадей» (1984) и был сильно удивлён, насколько это было экстремально для того времени».

Ты признал, что теперь вы используете больше металлических идей, но насколько важна спонтанность хардкора?

Гленн: «Спонтанность по-прежнему очень важна, потому что как бы это странно ни звучало, мы никогда не репетируем. Берём основную идею из демок и кассет и записываем песню. Мы считаем, что поступаем гораздо честнее. В группе царит полное взаимопонимание и сыгранность, поэтому нет смысла сидеть дома и репетировать. Лучше будем выступать и отрываться».

Давайте поговорим о пластинке ‘The Plague’ – долго сочиняли?

Дэн: «В этом миньоне коллекция наших старых и новых песен, поэтому недолго – может быть, дней пять записывали. ‘Justice’ была новой песней, которую мы уже играли живьём, а ‘The Plague’ мы записали с первого дубля».

Изначально она должна была называться ‘Cross Of Iron’. Почему сменили название?

Дэн: «Лейбл нас предупредил, что будут крутые продажи, если в названии есть слово «крест» и он будет изображён на обложке. Мы поняли, что это вызовет большие вопросы в некоторых районах США (библейский пояс), находятся которые в х*ево-кукуево. Нужно было найти слишком крутую обложку для этого, но не получилось, потому что релиз был отложен, поэтому с этой идеей пришлось распрощаться».

Но вы же нашли.

Гленн: «О, да. Вовремя нашли, но это стоило лейблу Combat приличных бабок. Мы придумали новую концепцию с атомной станцией и техногенной чумой, а в темноте мерцает огонёк, хотели выпустить такие же футболки, но, к сожалению, Combat вынужден был это дело остановить, чтобы просто выпустить альбом в срок, однако в следующий раз надо будет придумать что-нибудь интересное».

На пластинке, конечно, есть известный трек ‘Buttfuck’ («Вые*анный в Жопу»). С цензорами не пришлось собачиться?

Дэн: «Пока нет, но я бы не отказался, потому что нам сейчас такая реклама на руку. Мы пока не такие крутые, но думаю, молчать они не будут и начнут поливать грязью, а нам лишний пиар не помешает. Это же просто прикол. Не надо воспринимать всерьёз».

Гленн: «Дэн прав, но эта версия немного мягче. Первая была неважного качества, но получилась гораздо скандальнее. Мы смягчили её, потому что не хотели, чтобы нас потом по судам затаскали. Прикольно быть непристойными и нам это нравится, но мы не хотели, чтобы это сказалось на финансовой стабильности группы, и тогда мы бы не смогли хулиганить в будущем. Мы решили сохранить этот принцип, потому что на этой теме по-прежнему можно прикольно подняться».

Какие планы на будущее?

Дэн: «Ну, у нас множество идей. Надеемся выпустить ‘Buttfuck’ как диск с картинкой, потому что, как сказал Гленн, мы его перезаписали. Потом хотим несколько недель отдохнуть и сосредоточиться на новом альбоме. Не хотим никуда спешить и, возможно, впервые будем репетировать. Не могу всего рассказывать, потому что сюрприза не получится, но мы планируем записать 9-10 треков с тем же звучанием, что и на ‘The Plague’. Концепция уже готова, но мы не хотим спешить, чтобы не наводнять рынок».

Будут ли на новой пластинке такие спонтанные крутые темы как ‘My America’ или вы решили сочинять более длинные песни?

Дэн: «Мы не помешаны на том, чтобы постоянно молотить быстрый трэш, поэтому будут и более длинные медленные песни, но пару быстрых боевичков на пластинку обязательно забросим. Никогда у нас не будет на альбоме десяти песен с молниеносной скоростью, потому что это быстро наскучивает – всегда будут разные идеи. Впереди ещё много работы, но я уверен, всем понравится».

Перевод: Станислав “ThRaSheR” Ткачук


Dimon