Главная » Металика » Slayer. Нечто мрачное, зловещее и покрытое слизью

Slayer. Нечто мрачное, зловещее и покрытое слизью

[Материал из журнала «Kerrang!» за июль 1988 года]

Заголовок ясно даёт понять, что вас не ждёт очередная статейка про какой-нибудь Stryper! Ни фига! Если вы ещё не догадались, речь идёт о психах из трэшевой команды Slayer, которые, кстати говоря, являются объектом нашего зловещего и пристального внимания. Новая пластинка ‘South Of Heaven’ проскользнула на прилавки музыкальных магазинов, и Дон Кай побеседовал с Томом Арайей и Джеффом Ханнеманом, задаваясь по ходу интервью трепещущим вопросом: действительно ли этот альбом является «мрачным нездоровым искусством» в своей самой великолепной форме?

Это ненормально. Я вполне обыкновенный серьёзный парень и всегда избегал химических стимуляторов, хотя пропустить несколько бокальчиков люблю. Так почему же в последние несколько месяцев я стал покрываться потом, меня начало трясти и я стал терять координацию, стоило мне услышать название одной группы?

Да я наркоман! Вот почему! Я клюнул на наживку, мне всё мало – наркоман, ищущий новую дозу. Жду, пока любимый музыкальный наркотик вставит, встряхнёт и доведёт до белого каления.

Вся эта агония и ломка из-за группы Slayer. SLAYER!

Видите ли, Slayer для меня то же самое, что Iron Maiden – для Мика Уолла, а Megadeth – для Штеффана «строптивого» Чирази. То же самое, что разукрашенные рок-размазни для Дерека Оливера. Slayer протягивает руку и хватает меня, нападает и заставляет сердце биться с бешеной скоростью. Кровь бежит по венам, а шея начинает исступлённо вращаться. Их музыка вызывает сыпь по всему телу, а случается такое лишь с вашими любимыми группами. Их живые выступления – лучшее, что я видел в своей жизни.

Любой, кто читал мои статьи в журналах, знает, что я рассказал про многие трэшевые/дэтовые команды. Пусть вокруг полно замечательных групп, но никто не делает это так, как Slayer.

На последнем концерте Slayer у меня чуть передоз не случился – я увидел их трижды за девять дней. Дважды в Нью-Йорке, и один раз в Бирмингеме. Первый концерт в Нью-Йорке был немного не таким, поскольку это было первое выступление барабанщика Дэйва Ломбардо с группой после четырёхмесячного отсутствия, но второй был, наверное, самым крутым, что я видел.

Концерт в Бирмингеме через неделю был не менее мощным, группа выступала на крупной сцене с декорациями, чувствуя себя прекрасно, и ни на секунду не сбавляла обороты.

Те концерты стали олицетворением (лично для меня) тура ‘Reign In Blood’ 86/87 года, и с тех пор в лагере Slayer всё стало довольно спокойно.
Но речь совсем не об этом. Басист Том Арайа, гитаристы Джефф Ханнеман и Керри Кинг, и Ломбардо сгорбились над зловещим котлом, готовя новый материал, и пока вы читаете эту статью, нечто мрачное, зловещее и покрытое слизью под загадочным названием ‘South Of Heaven’ («К Югу от Рая») тянется к корзинам музыкальных магазинов. Продюсером десяти новых песен на ‘South Of Heaven’ снова выступил Рик Рубин, молодой гений индустрии, который помог превратить ‘Reign In Blood’ (первый релиз Slayer на лейбле Рубина ‘DefJam’) в величайший трэшевый альбом современности.

И как можно превзойти такую пластинку?

Музыканты Slayer отвечают, что даже пытаться не будут. То, что Том Арайа, Джефф Ханнеман и менеджер Рик Сейлс мне включили – бесспорно, звучит в стиле Slayer, но ребята не стали делать второй ‘Reign In Blood’. Вместо безумной скорости и напора новый альбом получился более глубоким, разнообразным и – о, ужас! – музыкальным, чем предыдущие работы Slayer, и пусть он не превосходит ‘Reign In Blood’, но ‘South Of Heaven’ открывает перед группой новый рубеж и может привлечь внимание общественности.

С момента ‘Show No Mercy’ (дебютного альбома группы 1983 года) прошло достаточно времени, и благодаря экспериментам на ‘South Of Heaven’ группа, наконец-то, может добиться заслуженного признания, перейдя практически в одну лигу с Metallica.

Альбом начинается с мрачного заглавного трека, а далее переходит в бешеную скоростную ‘Silent Scream’, где кудесник Ломбардо демонстрирует поразительную игру на двух басовых бочках.

Одна выдающаяся песня сменяет другую, начиная с «парового катка» в лице ‘Behind The Crooked Cross’, продолжая мощной и убойной ‘Ghost Of War’ и заканчивая агонизирующим маршем смерти ‘Spill The Blood’. Все песни изобилуют фирменным искажённым риффингом Ханнемана/Кинга, увенчанные ужасающим вокалом Тома Арайи.

И если вы уже слышали сплетни, они оказались правдой: Том на альбоме действительно ПОЁТ, используя для уникального звучания гармоничный вокал и мелодии, но и не забывает о своих привычных измученных воплях.

Я сижу и слушаю всю эту красоту в студии Soundtrack в Нью-Йорке, где Джефф с Томом вместе с Риком Рубином в агонии наносят финальные штрихи, занимаясь сведением пластинки. Керри Кинга и Дэйва Ломбардо и след простыл.

История Slayer была уже неоднократно расписана на страницах нашего журнала, так что давайте перейдём к самой сути: было ли тяжело превзойти ‘Reign In Blood’?

«Вообще ни разу, – ворчит Джефф – потому что мы даже не пытались. Мы установили планку и не собирались прыгать выше головы. Тот альбом быстрый, и это прекрасно. Мы решили попробовать что-нибудь другое, поэтому и сбавили скорость. Поэтому те, кто ожидает продолжения ‘Reign In Blood’, будут реально взбешены».

«Но, – ехидно добавляет Джефф, – те, кто считает, что мы не можем переплюнуть ‘Reign In Blood’, не забывайте, что мы его и сочинили. Мы установили эту планку… но мы также можем и обойти её стороной».

«Мы установили стандарт, – соглашается Арайа, чей голос довольно мягкий, – если кто-нибудь хочет попробовать переплюнуть его, вперёд! Да! Пусть сделают лучше! Но в этом нет смысла. Невозможно сыграть ещё быстрее, не превратившись в пародию и насмешку. Сейчас таких групп навалом».

Похоже, многие поклонники трэша ошибочно считают, что сбавить темп и скорость означает продаться…

«Сбавить скорость для нас и для других – понятия разные, – говорит Джефф, – альбом по-прежнему быстрый, просто не такой, как предыдущий».

«Он тяжелее, – встревает Том, – я имею в виду, песни быстрее песен многих команд, но если его послушать, можно ощутить, что по стандартам Slayer музыка стала медленнее…»

Наверное, о скорости можно спорить всю ночь, но дело в том, что любой, кто решил бы, что Slayer «зассали» на этой пластинке, сам на голову ёбнутый. Альбом такой же быстрый, как и всё, что группа делала раньше, просто ребята попробовали нечто новое.

«Да, у нас около четырёх песен с мелодиями, – хихикает Джефф, – во всех есть, как минимум, один небольшой хук, однако есть четыре трека с серьёзными мелодиями».

«Ещё до того, как мы пришли в студию или даже стали сочинять песни, мы подумали: «Боже, давайте попробуем мелодии, и посмотрим, что можно из этого сделать». Но мы сомневались, что Том справится. Ведь они никогда не ПЕЛ. Мы попробовали, и у него получилось».

«Мы пришли, и Рубин спросил: «Давай-ка посмотрим, сможешь ли ты спеть» – вспоминает Том, – и я тут же спел. С одной песней пришлось немного повозиться, но с остальными я справился на раз. Спеть теперь для меня не проблема».

Я спрашиваю ребят, считают ли они, что этим альбомом они заткнут глотки всем критикам, не верившим, что Slayer –сила, с которой надо считаться.

«Ну, мы никому не пытаемся этой пластинкой ничего доказать, – замечает Джефф, – мы долго обсуждали и, наконец, сделали. Но это не материал для какого-нибудь хит-парада Top-40!».

«Давай скажем так, – вздыхает Том, – лирика не изменилась, только мелодии. А поскольку изменились мелодии, мы полагаем, что песни с альбома могут подойти для радио…»

«Я бы сказал, что он грязноват и грубоват, – говорит Джефф, – и нас почти все радиостанции боятся включать. Мы этот альбом не для радио писали. Если они его включат – прекрасно. А если нет – нам плевать».

«Да! Они говорят: «Slayer? Нет, мы не можем поставить такое на радио». Но они даже не пытаются послушать нашу музыку. Сомневаюсь, что эта пластинка появится на радио. Да мне, честно говоря, плевать» – говорит Том.

И действительно, рок-элита недолюбливает Slayer из-за зловещего образа и агрессивных жестоких сатанинских текстов. Возможно, именно поэтому Slayer и остались позади Metallica, Anthrax и Megadeth с точки зрения продаж и одобрения широких масс. На удивление, Том и Джефф с этой теорией согласны.

«Многие реально нарисовали себе этот мрачный образ, – ухмыляется Том, – они думают, мы пугаем и сеем ужас. Но мы ничем от остальных групп не отличаемся. Играем в том же стиле, что и они, и поём так же, как и они. Просто лирика отличается. Мы занимаемся творчеством и сочиняем то, что нравится. Я считаю это искусством. Это форма искусства, и многим тяжело это признать. Megadeth и Anthrax не пишут о том, о чём пишем мы. Мы пишем как бы под другим углом».

«Под другим углом» это слабо сказано, старина Том. Лучше сказать, что Slayer интересуют «больные» темы. Несмотря на то, что тексты на ‘South Of Heaven’ менее мультяшно-сатанинские, чем всё, что группа делала прежде, сюжетные линии песен, возможно, подошли бы для сценариев десяти крутых кровавых слэшеров. Заглавный трек Том называет «документальным фильмом о социальной общности в аду», а ‘Silent Scream’ рассказывает о жестокой теме абортов и растления малолетних.

«Песня о том, – говорит Арайа, написавший лирику для трека, как и большинства песен на альбоме, – насколько легко ввести ребёнка в заблуждение и напугать его».

Для менее впечатлительных есть парочка зомби-эпиков, а именно ‘Live Undead’ и ‘Ghost Of War’. Первая о погребении заживо, а вторая – настоящий сиквел классической темы ‘Chemical Warfare’.

«Её написал Керри, и как я понял, все эти солдаты погибли в результате химической войны, а в новой песне они оживают» – говорит Том.
Возможно, самая жуткая и не похожая на весь материал альбома – «закрывашка» ‘Spill The Blood’. Начинается со спокойного «чистого» вступления (такое у Slayer впервые), но перерастает в мрачные грозные зловещие аккорды, эхом раздающиеся на фоне скандирования Тома.

«Эта песня о том, что для тебя может сделать Сатана, – говорит Джефф, – это не просто тупые слова, но песня очень зловещая. Парень поклоняется Сатане и пытается убедить последователей служить ему (сатане), говоря, что Сатане всё под силу».

«Согласно песне, ему есть что предложить, – добавляет Том, – но есть одно условие. Пролей кровь и продай душу».

«Это не типичная песня Slayer, – светится от радости Джефф, – каждый должен её послушать несколько раз. Нужно несколько раз, чтобы вникнуть.

Ещё один трек, который, безусловно, не является «слейерским» – кавер на песню Judas Priest ‘Dissident Aggression’ (которой уже 11 лет).
Да, Slayer сделали второй кавер в «Год Римейков», правда фэны слышали об этом со времён выхода ‘Hell Awaits’.

«Judas Priest оказали на меня немалое влияние, – признаётся Джефф, – музыка Slayer так и появилась. В юности я любил Judas Priest, Aerosmith, а потом увлёкся панком. И когда мы с Керри познакомились, я уже конкретно подсел на панк и скорость. Керри тогда только увлёкся Judas Priest и Iron Maiden, и мы объединили два элемента».

Что же касается версии Testament ‘Nobody’s Fault’ (Aerosmith cover), должен признаться, мне больше симпатична ‘Dissident Aggressor’, поскольку это одна из моих любимых и редких – да и тяжелых – песен группы, которой я раньше поклонялся, и считаю, что она идеально подошла Slayer.

Возвращаясь к оригинальным песням группы, во время нашего разговора уже было несколько раз упомянуто явное отсутствие господина Кинга, и заметно, что на новом альбоме он сочинил весьма мало – совсем на него не похоже.

Несмотря на то, что Керри с Джеффом раньше писали альбомы «на двоих», на этот раз Керри написал целиком лишь одну песню – ‘Ghost Of War’.
Большую часть музыки написал Джефф, а Том написал лирику как минимум для шести песен, чего тоже в Slayer раньше никогда не было.

«У Керри творческий застой! – смеётся Том, – да нет, Керри просто был занят… эм… другими делами, поэтому я сказал Джеффу: «Дай мне всю музыку, у меня есть тексты и я знаю, что могу их впихнуть». И впихнул.

«Я храню несколько блокнотов с текстами, и последние три года я всё время пишу, собираю всякие кусочки и идеи на разные темы. Давно уже компоновал материал, поэтому недавно решил взять и показать Джеффу. Я и Керри показал, и ему понравилось».

«У нас с Керри в этот раз как-то с текстами не вяжется, – признаётся Джефф, – я написал лирику всего для двух песен, а Керри – для одной. Но на помощь пришёл Том и сочинил классную лирику. Ему нужно было просто подогнать её под музыку».

Пока Том с Джеффом занимались музыкой и лирикой, Керри думал о другом. Говоря другими словами, Керри, (последовав примеру Дэйва Ломбардо) решил распрощаться с холостяцкой жизнью и связать себя узами брака.

Безусловно, когда в группе два женатых парня и два холостяка, небольшого напряжения не избежать, хотя оно ощущалось в Slayer с первых дней…

«Очень странно, что Керри решил жениться, – говорит Джефф, – он больше всех критиковал Дэйва, когда тот женился! Мы, честно говоря, не знаем, почему Керри так изменился, и знать не хотим. Самое простое объяснение этому – и я уже говорил – если бы мы не были в группе, мы бы с ним вряд ли были друзьями! Все мы очень разные. Мы с Томом в хороших отношениях, но не сказал бы, что в группе царит товарищество и братство. Мы вчера вообще чуть не подрались. Но это всё потому, что каждый из нас разный».

«В Slayer мы смотримся хорошо и гармонично, но вне группы у каждого своя жизнь, – соглашается Том, – к тому же, мы любим друг друга дерьмом поливать. Безусловно, напряжение чувствуется, но мне кажется, таким образом у нас и живые выступления получаются мощные».

«В каком-то смысле, мы лучшие друзья, потому что можем либо ладить, либо начинаем собачиться, но при этом не злимся друг на друга. Хотя, – добавляет, улыбаясь, Том, – было несколько ситуаций, когда мы были друг другом крайне недовольны. Но профессиональным отношениям, однако, это не мешает».

Были не только ситуации, когда музыканты Slayer были злы друг на друга, но и времена когда – по крайней мере, раньше – они выглядели настолько обозлёнными на мир, что к ним было практически не подойти.

Джефф и Керри были такими в конце 1984, хотя Керри потом стал главным «оратором» группы. Обычно именно его образ – шипы, цепи и кожа – сразу же ассоциировался со Slayer.

Однако, похоже, соотношение сил слегка поменялось. Поскольку у Керри теперь меньше времени на разговоры с прессой, этим теперь занимаются Том с Джеффом.

Когда удавалось поймать Тома, он всегда мог поддержать разговор и провести душевную беседу. Однако Джефф всегда был тайной. Хотя, мне кажется, что он является главной творческой и решающей силой в Slayer, но лишь недавно стал менее враждебным и стал спокойнее и веселее. Это более профессиональный подход?

«Я раньше ненавидел интервью, – говорит он откровенно, – я даже тебе однажды это сказал, когда ты у меня пытался взять интервью! (Да, Джефф, это было в Монреале, в августе 1985 – прекрасно помню!). Но я стал их давать, и нет в этом ничего сложного».

«Когда мы только сколотили группу, было полно подпольных фанзинов, которые нас любили, – продолжает Том, – и они все писали письма, и Керри все их собирал, а с интервью оставлял».

«Мне кажется, ему единственному было не в падлу всем этим заниматься, – продолжает Джефф – поскольку мы ему говорили, что нам это неинтересно. Хорошо, что он хотел, ведь кому-то нужно было это делать!».

«Мне раньше казалось, что интервью берут одни и те же лица, задавая одни и те же вопросы. Я думал, будет настолько скучно, что не хотел связываться. А теперь Том может разговаривать с кем угодно ни о чем…»

«… ещё и интересно будет» – хихикает Том.

Несмотря на то, кто даёт интервью, кто женат, а кому плевать на остальных, Slayer, во многом, группа недоступная и непробиваемая.

Несмотря на иногда натянутые отношения и дискомфорт семейного счастья, вползающего в дьявольскую ауру Slayer, кажется, что каждый музыкант старается сохранить коллектив, являясь неотъемлемым его участником. Убрать одного, и беды не миновать.

Прекрасный тому пример, это когда Дэйв Ломбардо, на котором строится всё фирменное звучание Slayer, взял четырёхмесячный перерыв с декабря ’86 до апреля ’87, чтобы освоиться в семейной жизни.

Редкая химия, объединяющая всех четырёх музыкантов Slayer, энергия, которую можно буквально почувствовать со сцены на живых концертах. Теперь они признают, когда Дэйв затянул с отпуском, поток энергии был приостановлен и в броне появились трещины.

«Когда он ушёл, мы думали, что он не вернётся, – вспоминает Джефф, – и решили, что нет смысла вешать нос. Мы соберёмся с силами, и всё будет круто. Как только он вернулся, мы поняли, что ситуация была крайне нелепая! На самом деле, все было не так плохо. Тони (Скаглионе) был хорошим барабанщиком, но с ним это был не Slayer. Когда всё время с одними и теми же, и вдруг появляется кто-то новый, это было как… – Джефф пытается подобрать слово.

«Это как брак, – продолжает Том, – ты несколько лет живёшь с человеком, а потом он уходит, и паршиво на душе. Но приходится брать себя в руки. Мы так и не поняли, почему Дэйв вообще ушёл. Мы его спросили: «Ты совсем что ли е*анулся? Мы только контракт подписали, альбом прекрасно продаётся, мы едем в тур…». Думаю, как только он ушёл, тут же пожалел. Когда Дэйв вернулся, пришёл Рубин с широкой улыбкой на лице и сказал: «Вот теперь ЭТО Slayer!». Никто не играет песни Slayer так мощно, как Дэйв».

Да уж, истину глаголете, молодой человек. Даже те, кто не любит музыку Slayer, уважает и ценит мощь, скорость и уникальные способности весьма отчуждённого барабанщика Slayer, и у своих коллег по цеху он пользуется большим авторитетом.

Однако именно коллективная работа всех четверых участников Slayer создаёт волшебную формулу, особенно живьём. Нужно увидеть концерт Slayer, чтобы понять и оценить мощь этой команды, а музыканты знают, в чём заключается их главная сила.

«Мы будто один и тот же человек, – говорит Том, – но абсолютно разные. На сцене мы вместе, единое целое. Мы никогда не развалимся на сцене. Мы выкладываемся на каждом концерте».

«Да, на каждом, – соглашается Джефф, – бывает, чувствуешь себя хреново, и меньше всего хочется выходить на сцену, но стоит выйти, ты заряжаешься энергией от публики, и они заряжаются от тебя. Чувствуешь себя прекрасно, а после концерта хоть подыхай».

Концерт Slayer – мощная инъекция адреналина прямо в нервную систему, и даже присутствие нескольких медленных песен с альбома ‘South Of Heaven’, по словам группы, не замедлит процесс!

«Так всегда получается, – смеётся Том, – мы реально хотим сыграть некоторые песни медленнее, но стоит выйти на сцену, об этом и речи не может быть! Обычно мы стараемся не лететь и соблюдать баланс, но всё равно все песни получаются быстрыми!».

Вот и Джефф смеётся!

«Передохнуть три минуты можно лишь, когда Том разговаривает с толпой между песнями!».

«Если бы не я, мы бы отыграли за полчаса, – кричит Том, – они мне говорят: «Продолжай болтать!», а я спрашиваю: «А что мне, бл*дь, им говорить?».

«Но это обычная ситуация. Мы выходим на сцену, и не успеешь оглянуться, как осталось три песни…»

Это любопытный феномен, который сказывается на участниках группы, когда они выходят на сцену.

«Не знаю, как это назвать, – размышляет Джефф, – мы играем две-три песни, потом наступает какое-то помутнение, и вдруг мы уже играем последнюю песню! И думаешь: «А остальные-то куда делись?». Поэтому, – он снова начинает смеяться, – во многом альбом ‘South Of Heaven’ и получился медленнее. Надеюсь, мы будем помнить, что играли, а не как в тумане!».

«Такое реально со всеми нами случается, – говорит Том, – мы стали обсуждать это в прошлом европейском туре. Можешь спросить Дэйва или Керри, они тебе то же самое скажут. Играем третью, и потом все помнят только последнюю!».

Сложно целиком помнить любой концерт Slayer, который я видел – не потому, что песни пролетают с устрашающей скоростью. Дело в том, что Slayer – одна из очень немногих команд, которые каждый вечер играют разнообразную программу.

В отличие от большинства групп, у которых одни и те же песни и строго две песни на «бис» в течение всего тура, Slayer любят тасовать песни. Увидишь их два вечера подряд, и я гарантирую, это будут совершенно два разных сета.

«Самим наскучивает одно и то же играть, – честно признаётся Джефф, – надо же себя как-то развлекать. Да и Дэйву интереснее! К тому же, приятно видеть необычную реакцию публики. В Европе у нас было три основных сета, и потом мы меняли их местами. Смотрели на список и думали, как сделать интереснее…»

«Согласен, – говорит Том – и если кто-нибудь придёт на наши концепты, они, возможно, и не увидят одно и то же шоу дважды. И нам прикольно и интересно, и публике. Многим нравится, когда мы играем не одно и то же».

«У нас три сета: постоянные песни, возможные песни и те, которые мы вообще никогда не исполняем. Мы не зацикливаемся. То, что надоедает и не вставляет – идёт к чёрту!»

Уже становится поздно, мы сидим и разговариваем в холле студии Soundtrack, а всё потому, что должен приехать Рик Рубин и добить с парнями по микшированию.

Звукоинженер проходит мимо и информирует о том, что Рубин позвонил и уже в пути, и мы решили поговорить о молодом продюсере/главе лейбла, сыгравшем такую же важную роль в известности Slayer, как и в популяризации рэпа.

Каково такой экстремальной команде как Slayer работать с одним из музыкальных модных продюсеров?

«Чувак знает своё дело, – отвечает Том, – он всё слышит. Он всегда говорит: «Пойдёт, но ты можешь сделать лучше – пусть музыка несёт тебя». Он нас типа направляет. Атмосфера напоминает открытый форум – мы прекрасно друг друга понимаем, и он единственный, кто сечёт фишку».

Звукоинженер снова возвращается и говорит, что студия для Джеффу готова – ему нужно быстро записать одну гитарную дорожку, которую случайно стёрли во время сведения. Время есть, и ребят ждёт горячая мексиканская еда, а я умудряюсь обсудить ещё несколько тем:

Geffen Records (американский дистрибьютор Slayer, взявший группу после того, как CBS «бортанул» ‘Reign In Blood’): «На этот раз всё более подготовлено, – убеждает Том, – все были застигнуты врасплох из-за того, что CBS готовили мощную кампанию по продвижению альбома, а потом взяли и слили пластинку. Geffen взялись, а что с альбомом делать – понятия не имели. На этот раз все готовы к работе. У них есть гениальный план, поэтому, будем надеяться, всё будет гораздо лучше и альбом продаст больше копий, чем ‘Reign In Blood’».

In-A-Gadda-Da-Vida («В Саду Эдема»): «Если бы нам не нравилось, мы бы не сделали, – говорит Том, – я бы сказал, песня нам немного помогла. Благодаря ей мы попали в радиоэфир. Теперь про нас знают, пусть даже это и не наша песня, но классная. Многие, кому Slayer не нравится, песню оценили».

«Им стоит послушать другие наши песни, ОНИ им не понравятся» – встревает Джефф.

Сыграете её?

«Наверное, нет, хотя зависит от реакции, – рассуждает Том, – если бы и сыграли, только в Штатах. Она может сбить с толку в сете, потому что не вписывается в творчество Slayer».

Клип: «Клипы формата MTV нас, безусловно, не интересуют, – утверждает Джефф, – это была бы пустая трата денег. Но сделать концертное видео, безусловно, было бы интересно. У нас полно идей…»

Концертный альбом: (вполне естественно для меня): «Я не любитель концертных альбомов, – говорит Джефф – для меня это продукт 70-х, с крутыми соляками и прочим дерьмом. Концертный альбом не передаёт мощь и энергетику самого выступления».

«К тому же, всё это длилось бы целый час, – встревает Том, – 20 песен на пластинке!».

Гастроли: Перед тем как вернуться домой и откатать большой тур по Штатам, группа собирается отправиться в тур по Великобритании. Ходят слухи, что парни собираются разогревать стадионную команду, но никто не хочет с ними связываться.

«Мы бы хотели, но все нас боятся, – ворчит Джефф, – крутые именитые команды боятся, что мы утрём им нос».

Том: «Я бы не удивился, если бы нам отказали. Придётся ехать в собственный тур, и у меня с этим проблем нет».

В мире есть место для Slayer. Это рок-н-ролл в чистейшем первозданном виде с сыроватыми элементами – музыка, не терпящая компромиссов и уступок. Их звучание – мощный пинок под зад любой команде, играющей осторожно и спустя рукава.

Если рай – это само упоение, безопасность и лёгкость, то небеса могут и подождать. Говоря языком Slayer, я направляюсь южнее…

Перевод: Станислав “ThRaSheR” Ткачук


Dimon